Из нового... (2007г.)

Из нового... (2007г.)

Там, на сопках, сопочках
Напиток «Гриб», шедевр хрущёвской кухни
Стоял у мамы на столе всегда,
Тот строй советский словно в пропасть рухнул,
И словно в пропасть лучшие года.
Давайте ж будем до конца правдивы:
15 суток принудительных работ –
Ваш первый срок – не очень был красивый,
А срок второй – совсем наоборот.

А мы под «купчик» всё по памяти рисуем,
И каждый думает о чём то о своём,
И вспоминаем жизнь свою такую,
Какую выбрали, ну, и какой живём.
Пусть за стеной о чём - то ветер плачет,
Здесь происходит деликатный разговор,
А как же быть, не может быть иначе,
Ведь собеседник мой сейчас – не прокурор.

Суровых дней, конечно выпало немало,
Но здесь о них почти совсем не говорят.
Неправды тоже каждому хватало,
И шрамы детства душу бередят.
И потому, наверно хочется мне вспомнить,
О той черёмухе, что видно из окна,
О том, как мама тихо сядет в изголовье,
И скажет – Спи, давай, сыночек! – мне она.

Там, на сопках сопочках, вдаль стремятся тропочки,
Вдоль берёз и ёлочек, прямо к облакам,
Что там, за туманами, что за окаянными?
Может быть - свобода там, может воля там.

А ты одна
А ты одна, на влажной простыне,
Я где - то там, за тридевять земель,
Я знаю, ты все плачешь обо мне,
И между нами вьюга и метель.

Не суждено нам встретить Новый год,
Не будешь ты светиться от любви.
Но все пройдет, поверь мне, все пройдет.
Ты наши фотографии не рви.

Я снова виноват перед тобой.
Но знаю, что поверишь и простишь.
И сквозь пургу я слышу плач родной,
И сквозь метель я слышу, что не спишь.

R:
На грудь, при встрече, бросишься ко мне.
Твой тонкий шарф подхватит ветерок,
Я часто вижу встречу ту во сне.
Я без тебя, родная, одинок.

Благодарен тебе
Благодарен судьбе, что не смог от тебя я сбежать.
Благодарен тебе, что смогла ты меня удержать.
Без печальной улыбки твоей,
И без мудрости женской твоей,
Не прожить мне ни дня, дорогая моя, ни дня!
Без красивых и трепетных рук,
Что мой мир укрывают от вьюг,
Не прожить мне ни дня, дорогая моя, ни дня!

Ты, родная, прости за все то, что успел натворить.
Ты, родная, прости, что так мало с тобой говорим.
Без любимых и ласковых глаз
И без, вовремя сказанных фраз,
Не прожить мне ни дня, дорогая моя, ни дня.
Без любви, окружившей меня,
Этих чувств никому не отнять.
Не прожить мне ни дня, дорогая моя, ни дня!

Почему - то еще никогда тебе не говорил,
Почему - то про то, что тебя так никто не любил.
Без печальной улыбки твоей,
И без мудрости женской твоей,
Не прожить мне ни дня, дорогая моя, ни дня!
Без красивых и трепетных рук,
Что мой мир укрывают от вьюг,
Не прожить мне ни дня, дорогая моя, ни дня!

Есть на свете много добрых слов
Есть на свете много добрых слов,
Тех, в которых не найти вреда,
Тех, внутри которых есть любовь,
Забываем мы их иногда.

R:
В слове «Надежда» - радость и встречи,
В слове «Дитя» - свет и тепло,
Слово «Любовь» всем душу лечит,
Слово «Добро» победит слово «Зло».

Есть на свете много слов других,
Тех, в которых спряталась беда,
Хорошо бы нам забыть о них,
Чтобы не было слов этих никогда.

R:
В слове «Враги» - горе любимых,
В слове «Война» - плач матерей,
Может быть так необходимо
Эти слова нам забыть поскорей.

Есть на свете много странных слов,
Тех, которые всегда нужны всем нам.
Главное, чтоб чаще про «Любовь»
Говорили мы и тут и там.

R:
В слове «разлука» - есть место «встрече»,
В слове «ребенок» - слово «светло»,
Слово «Любовь» всем душу лечит,
Слово «Добро» победит слово «Зло».

Ты скажи мне ветер
Ты скажи мне ветер, что главней на свете?
Вольная дорога, хлеб, или семья?
Ветер отвечает с тихою печалью
Волюшка родная, ведь вольный ветер я.

Я спросил у неба, где ни разу не был,
Что главнее в жизни, что всего важней?
Небо улыбнулось, солнышком мигнуло,
Главное, чтоб свет был в душах у детей!

Я с вопросом к морю, что все с ветром спорит,
Что всего дороже, что всего нужней?
Море мне сказало, что не так уж мало,
Если есть любовь и счастье матерей (у людей)!

Кстати, пока Вы не на Кате.
В случайном поезде случайно встретились
Один и тот же здесь «пасли» карман,
А что до прошлого - оба отметились,
Был Коми округ там, был Магадан.
И закружило и понесло,
Попался фраер такой умелый,
Братан Василий – Держи весло,
Гораздо лучше твой парабеллум.

Тот фраер с девкой был, на щёчке родинка,
А он с лампасами, сам генерал.
И эпизод в «СВ» такой коротенький,
Не угрожали мы – всё сам отдал.
Как грубоватенько, - сказала Катенька.
Мы улыбнулись ей, и дверь закрыв
На полустаночке, не на стояночке
С вагона спрыгнули, ушли в отрыв.

Прошло с полгодика, на пароходике
Гуляли мы с Васьком на кураже,
И вдруг увидели девчёнку с родинкой,
Она с полковником, вся в неглиже.
И подкатила вдруг, в глазах был не испуг.
Мы ей тихонечко – мол, отвали.
Как грубоватенько, - сказала Катенька.
Должны вы – доллары, а не рубли.

И на причале враз уже встречали нас.
Она же с палубы нам вслед рукой.
Как грубоватенько, - сказала Катенька.
Осталась в памяти она такой.

R:
Кстати, пока вы не на Кате,
То денег дайте, уж лучше денег дайте.
А если уж на Кате – то уже не кстати
Тогда иначе вопрос решайте.

Про Васю
В бараке он родился, в заводском,
Роддом закрыт был, мамка срок опередила.
Буржуйка согревала угольком.
Страна вся «чалилась» тогда, но не грустила.
До школы Вася хулиганил иногда,
Ну, так, забавы – поджига, «карбид» в бутылках.
Очаровательные школьные года
И из - за девочки кому то - в щёку вилкой.

R:
Ты за то, что родился – уже виноватый!
Участковый ему говорит…
Уж потом дали Васеньке «клифт» полосатый,
И погоняло «бандит».

Годочки шли, не рад был комсомол
Тому, кто стаж имел на «малолетке».
И за «карман» второй раз он пошёл,
Мигнула Воля Васеньке из – за «запретки».
В очередной, освободившись, завязал.
С преступным прошлым, как назло вдруг на вокзале
Увидел, как мент беспризорников пытал,
Взмахнул пером и Васю снова повязали.

В обьятиях колымской мерзлоты
Гостеприимно Васеньку встречали.
Определением добавили менты
Маршрут знакомый, аж до слёз – в Страну Печали.
Судьбу барак нарисовал ему,
Не мог исправиться, хоть как не исправляли.
Как ни старался, не «фартило», почему?
В погонах «педагоги» помогали.

Пока шли «разбаляки» и другая «пролетарская» возня.
Очень много правды знал, и сказал народу!
Вот она какая – «житуха» воровская.
Идёт «пятёрочек» угрюмый строй,
Идут преступники, что преступили
С «рабочей» зоны той, и до «жилой»
Всем им прогулочку определили.
Идут который год, который век,
Несут свою беду - ну кто как может.
Под солнцем северным, и в дождь и в снег.
Несут беду свою они тяжёлой ношей.

Пора опять запрыгнуть в «воровское»
Да под бутылочку по памяти друг мой.
В «восмидесятых» были мы «Детьми Застоя»
А в «девяностых» пацанами и «братвой».
Там «бродяжня» кабацкая гуляет,
Там «чешут дёсны за понятья» во дворах.
На кураже ещё никто не знает
Что остается юность наша в тех годах.

Никто не знал, как завтра карта ляжет.
И что же Боря «разбалячит» завтра нам.
Лишь те кресты на кладбищах расскажут
Какая доля вышла пацанам.
И будет худо, если мы забудем
Про то, что было, было и прошло.
Поклон сердечный всем хорошим Людям,
Поклон и тем, кому не повезло.

«Полусладкое» с шоколадкою,
Да с Маринкою – хулиганкою,
Дело к вечеру, делать нечего!
Здравствуй пятница, Эх, развратница!

А народ не плачет, а народ живёт .
Что то выпивает, что то там жуёт,
А народу просто надо отдохнуть.
Может быть когда нибудь,
Хоть когда нибудь…..

---
Давайте вместе мы рассмотрим ситуацию
Не провокацию, а комбинацию.
Разбудим мы свою фантазию абстракцией,
На ситуацию - Ассоциацией.

В тюрьму случайно вдруг Киркоров попадёт,
Да вместе с Борей Моисеевым на нары,
Тюрьма от смеха - тут же, сразу упадёт,
Увидев рожи приблатнённой этой пары.

Места козырные для них определят,
Они займут, согласно купленным билетам.
И будут «греть» они тюрьму пока сидят,
И будут всех благодарить они за это.

А передачки им такие будут слать,
Бродягам это и во сне, порой не снится.
Босоте будет там чего конфисковать,
А им – диета и подкрашивать ресницы.

Кудрявый песни станет петь для всех бродяг,
А «балерун», ну тот, конечно в подтанцовке,
Один заменит весь кордебалет ничтяк,
И что нибудь ещё прошепчет в оконцовке.

Мне интересно загрустит ли вся страна,
А если Зверева пристроить к ним под шконку.
Ведь не настолько же страна у нас больна.
Чтоб загрустить по парихмахеру - подонку.

А в женском лагере Собчачку будут ждать.
Когда случится у мужчин такое дело.
Она там будет мамкам про «гламур» вещать.
И делать будет – с пониманьем и умело.

Ещё есть «басурманин» - Тимоти зовут.
Он в «накаляках» весь – готовится конечно.
Уж этого то точно отъе..ут.
Сейчас пока блатует в клубах он беспечно.

Ну, а за что же могут «голубей» закрыть?
Свои фантазии я снова продолжаю..
Статьи давно уже сумели отменить,
Статьи, которые никто не уважает.

«Враги Народа» отменили про «врагов»,
И педерасты про своих всё запретили.
«Демонократы» опозорили отцов.
А «либерасты» всей России накозлили.

---
И подошли, и окружили
Шесть бородатых «басурман»,
Эх, жаль Серёгу положили,
Из под Воронежа пацан.

Он прокричал им – хуй вам, твари!
Чеку с улыбкою рванул !
Ушел на небо русский парень,
Ушел в «небесный караул».

Патроны быстро так кончаются,
Осталась только Ф1,
Ползти совсем не получается,
Всю землю вспучило от мин.

А всё так «ровно» начиналось,
Не ожидали канитель,
И уж до «дембеля» осталось
Всего каких то 7 недель.

R:
А надо мной сестричка наклонилась,
Она была, как ангел, во плоти.
Подумал я - что может быть приснилось
Всё то, что было на моём пути.
Эх, Наденька, Надюша, сестричка дорогая
Сестричка, санитарочка ты стольких нас спасла,
Профессию твою я уважаю,
Мы помним настоящие дела.

В самом сердце России стоит этот город веками,
Он построен давно, был столицей великой земли.
Гордо реет на древке его вдохновенное знамя,
И сестра рядом Суздаль и здесь Покрова на Нерли.
Славный город Владимир, его знает каждый конечно.
Золотые Ворота открыты для всех, кто с добром.
Пригласят в гости вас и напоят здесь чаем сердечно,
Приезжай в гости к нам, заходи Добрый путник в наш дом!

Всё бывало в истории, вьюги над городом были,
Был сожжен басурманами славный Владимир дотла.
Но построен был снова, его на Руси не забыли.
И над Клязьмой опять вознеслись к небесам купола.
Здесь красивы до старости женщины, словно невесты.
А мужчины такие, что есть им о чём помечтать.
Нет на свете нигде удивительней этого места,
Здесь сплелись воедино и Нежность и Гордая Стать.

Расцветай гордый город Владимир ты каждое лето,
И катайся на санках с улыбкой ты каждой зимой.
Наполняй все сердца у владимирцев ласковым светом!
И пусть каждый владимирец славит свой город родной!

R:
Город Владимир, светлые зори,
Чистое небо над головой.
Город Владимир, кто тут поспорит –
Город Великий, Город родной !

Тайна
Шёл я в парке как то листопадом,
Бил баклуши я который день.
Кто - то зашуршал вдруг слева, рядом,
Я взглянул на эту дребедень.
Тут и приключилось это чудо,
Тут я и сражён был наповал,
Много я рассказывать не буду
Понял – ты любви моей причал.

С этими зелеными глазами,
И с улыбкой уголками губ.
Что я мог поделать, Таня с Вами?
Хулиган, порой бывает груб..
Подкатил уверенной походкой,
Сообщил я сразу, что влюблён.
Дрогнула в улыбке подбородком
И сказала – что за «моветон»..

А потом гуляли мы с тобою,
Танечка, Танюшенька моя.
Ты надолго стала мне судьбою
Нежная и долгожданная.
Позабыли мы про все на свете,
Я про своих жён, ты про мужей.
И бросались листьями как дети.
Первый поцелуй – как у детей.

И сейчас я снова вспоминаю
Как парк осенний слева зашуршал.
Письма от тебя я получаю.
Верности такой не ожидал….

R:
Тайна, между нами есть тайна,
Всё совсем не случайно
Даже эта слеза..
Тайна, между нами есть тайна
И нежны и печальны
У любимой глаза.

---
R:
И пока покедова, всем «кентам оттедова».
Обернусь и кепочку сниму.
А пока покедова, всем «кентам оттедова».
Незнакомый мир я обниму.

Что там будет завтра, я не знаю.
Говорить сейчас я не берусь.
Завтра я, наверно загуляю
Завтра я, наверное напьюсь.
А сегодня клацнули засовы.
Помахал рукой ДПНК
Ты не приходи, соколик снова.
Пожелал мне мальчик из ЧК.

Подмигнула хитрым глазом птица
Вор авторитетный - воробей.
Захотелось к стенке прислониться
Ноги не идут, ну хоть убей.
Волюшка «балдохою» маячит,
КСП дымится от весны.
За спиной закрыли – это значит
Про свободу явью стали сны.

Брошу я котомочку на плечи,
Рук держать не надо за спиной,
Будущему дню пойду навстречу,
У меня сегодня он другой.
Там, за поворотом остановка,
И «маршрутный» ходит через час.
Эх, закончена «командировка»!
Я сегодня снова среди вас.
(Новый начинается рассказ)

---
Он очень много правды знал
Ну и сказал народу.
За что его народ и не взлюбил.

Давай нырнём.
Мысли едут по маршруту в СССР опять,
Нашу память почему то снова не унять.
Как на танцах мы играли, и на свадьбах жгли.
И гражданкам помогали тратить их рубли.
Зав.столовой, тётя Римма любит молодых,
Ночью так неутомима, без ума от них.
Барабанщик не боится, Лёха – «ловелас»,
Если вдруг «банкет» случится – будет нам заказ!

R:
Давай нырнём сейчас, друг мой
В те времена в стране родной.
Давай нырнём туда, друг мой.
Туда – домой, туда – домой!......

Мысли едут по маршруту в СССР опять,
Очень хочется кому то снова рассказать
Как за джинсы принимали злые «опера»,
Как товарищей сажали, будто бы вчера…
Как «очкарик» наш поехал первый раз в тюрьму..
Целых восемь не до смеха было там ему,
А пришёл – переживает, странная страна
Уж за это не сажают, Это не вина..

Мысли едут по маршруту в СССР опять,
Нашей юности минуты будем вспоминать
Юность флагами маячит, Первомай прошёл.
Мы живые – это значит – было хорошо!
С каждым годом память множит «Было» на «Прошло»,
Повезло нам, или может быть - не повезло…
Если будет настроенье, я ещё не раз
Напишу стихотворенье и спою для вас….

Иду с Урала
Иду с Урала не по млечному Пути,
И под ногами пыль не звездная легла,
Дороги разные случалось мне пройти,
Но лишь одна судьбой назначена была.

Искал ее я, аж, до возраста Христа,
Однажды понял, что себя не обмануть,
И сразу звездочка - наивна и чиста,
Своя, родная осветила путь.

Не жалко пройденных дорог, не жалко дней,
Немножко грустно, но их не вернуть уже.
Тем мы становимся Светлее и Мудрей,
Чем больше думаем о Главном - о Душе……….

- Мужские Песни -

Муза Ивановна
Наши сошлись интересы
В комнате в доме чужом,
Слушали Марка Бернеса,
И угощались чайком.
С Вами нежданно негаданно
Стали супругами мы,
Здравствуйте Муза Ивановна,
Я Вам пишу с Колымы.

Здесь уж недолго старательно
Буду песочек я мыть,
С Вами потом замечательно
И хорошо будем жить.

Было когда - то так славно нам,
Были так счастливы мы,
Здравствуйте Муза Ивановна,
Я Вам пишу с Колымы.

Я ведь у Вас не Повеса,
Скоро в родные края,
Будем мы Марка Бернеса
Слушать, родная моя.

Будет, конечно так славно нам,
Будем так счастливы мы,
Здравствуйте Муза Ивановна,
Я Вам пишу с Колымы.

На Белой лодочке
На белой лодочке с подругой вы катались
А я рыбачил в камышах на берегу,
Вы улыбнулись мне и тихо засмеялись,
Забыть то утро никогда я не смогу.

На танцплощадке Вас увидел в центре зала,
Вы были в белом, как сирень весной в цвету,
Вас окружало там поклонников немало,
И каждый взгляд они ловили на лету.
Решился я и подошел к Вам, между прочим,
Вы удивленно вдруг узнали рыбака,
Сказал я тихо - Вы красивы очень, очень,
Хочу Вас пригласить, свободны Вы пока.
Вы прямо в сердце мне взглянули нежным взглядом,
Взмахнув ресницами, сказали тихо - Да!,
Все сразу поняли те, кто стояли рядом,
Что с Вами "фарту" не видать им никогда!

Потом весь вечер танцевали мы как дети,
Я обнимал тебя за талию рукой,
Шептал тебе, что ты одна на целом свете,
Ты тихо мне - Откуда взялся ты такой!?

Мы возвращались с танцплощадки поздно ночью,
Вдруг преградили путь нам пятеро ребят,
Один из них тут мне сказал - Ну что ты хочешь?
- И кто такой ты - мне другие говорят….
Я отвечал им - перепутали браточки
Вы все на свете, и бодьных и докторов,
Такая дивная у нас сегодня ночка,
Я так хочу, чтоб каждый был из Вас здоров!-

Когда я понял, что они не понимают,
Пришлось достать стальное перышко свое,
И для двоих уже на танцах не играют,
А лишь кружит весною злое воронье!

Автор - Вадим Култышев, мой друг, единственный автор, песни которого иногда с удовольствием пою.

На старом кладбище
На старом кладбище лежат бандиты,
Не сами умерли, а все убиты,
Седые матери в простых платочках
Давно оплакали своих сыночков.

На старом кладбище лежат поэты,
Сердца надорваны и песни спеты,
И птицы черные кричат над степью,
Что ни один из них своею смертью.

Легко ли, трудно ли, иль нету мочи,
И ночи пусть длинней, и дни короче,
Живем, как можется, в полях цветенье,
Гуляй красивая, пока есть время.

Приду на кладбище молчать и слушать,
Березки белые как чьи то души,
Шумят, баюкают меня бродягу,
Не плачьте милые, и я здесь лягу.

R:
Что тут делать, наливай
И ушедших вспоминай,
Все горели в этом пекле,
Может там им будет рай,
День прошел, звезда зажглась,
А без памяти мы грязь,
Если живы, будем помнить,
Тех, чья жизнь оборвалась.

Петр Семенович
Давно ли, Петр Семенович "форсить" в цилиндре стали
По Вашей роже кепочка сойдет.
Давно ли Вас в который раз менты с поличным брали.
И вот опять Вы как король, эх времечко идет.

А помнишь, Петр Семенович, гуляли на майдане?
Тогда обоим нам с тобой 20й шел годок.
В глазах мелькал - то чемодан, то "шмель" в чужом кармане,
Ты не сдержался и пошел тогда на первый срок.

А помнишь, Петр Семенович, тот "фраер" понтовался,
Вы с фомкой были, ну а он попер на Вас с пером.
Вы тихо так ему - ты что, дружок разволновался.
Опять крутили руки Вам 3 "мусора" потом.

А все же, Петр Семенович, мы жили - не тужили,
Давай - ка брат, нальем с тобой по первой и второй,
И выпьем за своих врагов, чтобы они так жили,
Всю жизнь поганую свою, как нам пришлось порой.

Стареем, Петр Семенович, летят как птицы годы,
Ты стал "фартовый" бизнесмен и в куражах давно.
И лишь портачки на руках, как будто от природы,
Напоминают нам с тобой прошедших дней кино.

В кабак заехал на стрелу
В кабак заехал на стрелу,
Подсел я правильно к столу,
И объяснил все в "исключительной манере",
Двоих я сразу срисовал,
Один у плинтуса стоял,
Я понял - крыша эта - милиционеры.
Когда бугор у них пришел,
Они за перья, я за ствол,
Ну, ничего тут не поделаешь - работа,
А кто же будет отвечать, они вдруг "заднюю" включать,
И мне валить их вобщем, тоже неохота,
Когда случилась канитель,
И подошел "метродотель",
И мусора уже тихонько подкатили,
Я понял - шансы все же есть,
Я не хочу так сразу сесть,
Вы все продумали, но что - то упустили.
Пробил я репу одному,
А сам по - быстрому к окну,
На варьете я не останусь, извините.
Не я затеял "кипиш" здесь,
Кто подогнал в "мусарню" лезть,
Ну тот ответит , за него вы не просите.
Какой то "фраер" за окном
Спросил меня лишь об одном,
Спросил меня - За руки вверх! - Я не ответил.
Я просто выстрелил в него,
А он в меня - мне ничего!
С тех пор наверно зависает в лазарете.
И вот на воле наконец,
Сегодня просто молодец!
Что будет завтра - я не знаю, кто же знает,
Но тот, кто на ментов навел,
Навек по жизни он - козел, и дни свои он очень просто сосчитает!

Спросил у Вовки я
Спросил у Вовки я - Бродяга!
Куда опять ты покатил?
И что там у тебя за "шняга!"
И где ты это прикупил?
Товарищ достает "Приблуду",
И тихо мне так говорит,-
Вопросы задавать мне будут,
Когда докажут,
Что бандит!
Ну а пока еще на воле,
Пока еще не катит срок,
Возьму тебя с собой я в долю,
Берем мотор и в кабачок!

R:
Зачем вопросы, на них ответы,
Ой, дайте, дайте "марафету!"
Ой, автоматы, ой пистолеты!
Уж не до "кичи", до лазарету!

Там в "ресторации" ждет Тосик,
Она известна всей Москве!
Нам все она решит вопросы,
Поможет с "мамами" "братве!"

Татуировочка
Пуделек лохматый был у Вас в руках
Вы его так бережно держали,
Я поправил кепи, чувственность в глазах
Похвалил собачку за медали,
Вы разулыбались и само собой
Разговор у нас тут завязался,
Вы защебетали птичкой озорной,
Я в ответ спокойно улыбался.

R:
Татуировочка, немногословочка
Кому - портачка, а мне - воспоминание!
Татуировочка, немногословочка,
В любви признание, в любви - признание!

Первое свиданье в парке городском -
На аттракционах мы катались,
Сели на трамвайчик и от всех тайком
Мы все целовались, целовались.
Плачет мое сердце и душа моя -
Ни письма от Вас, ни "передачки",
Все равно, конечно буду помнить я
Барышню шикарную с собачкой!

Я помню - в 79м !
Я помню, было это в семьдесят девятом,
Мы подросли и стали дерзкие ребята,
Уже давно самостоятельными были,
Как молодые псы по городу бродили.
15 лет - не знаю много или мало,
Но на девчонок все давным - давно стояло,
Библиотеки все скупили букинисты,
Отцы ругались, мамы были голосисты.

R:
А ну, послушай паренек, ты погоди,
Снимай - ка джинсы, Вовка слева заходи!
Давай по мирному решим,
Да ты парнишка не спеши!
Тебе чуть больше в этой жизни подфартило,
Наверно в центре он живет,
Еще папаня привезет,
Смотри - ботинки у него из крокодила!

Я помню было это в Семьдесят девятом,
Семья грустила от зарплаты до зарплаты,
Ну а на улице да что там говорить,
Всегда нальют, всегда предложат закурить,
Вся жизнь советская - сплошная тренировка,
Гнала на улицу родимая "хрущевка",
Кто посидел, кто спился, кто стал коммунистом,
Кто "щипачем", кто "мусорком", а кто артистом.

R:
А ну послушай, паренек, ты погоди,
Ты место девочке моей освободи,
Ты здесь наверно в первый раз,
Трамваи сделаны для нас,
Твой папа ездит на обкомовской машине,
А если будешь ты грубить,
Тебе на следующей сходить,
В районе нашем не появишься отныне.

Я помню, было это в семьдесят девятом,
В "буру" катали мы с восхода до заката,
Когда на город тихий вечер опускался,
Всегда на танцах кто - то кровью отмечался,
Мой друг Вован тогда еще был на свободе,
И брючки 30 сантиметров были в моде,
В разлив портвейн, гитара, столик во дворе,
О чем - то пели мы в далеком сентябре.

R:
А ну послушай паренек, ты погоди,
Давай покурим, ты со мною посиди,
Тебя тогда совсем не знал,
Не знаю, кем теперь ты стал,
Я, может быть, не прав был в семьдесят девятом,
Нам в жизни сложно все далось,
У многих просто не срослось,
Но все равно мы были счастливы когда - то!

Девочка Ляля
Твой носик кокетливо морщится,
Вся жизнь наша - ложь и обман,
Сыграй пианист, если хочется
Про дальневосточный туман.

А дни вслед за днями проносятся,
Ты снова пришла в ресторан,
Сыграй пианист, если хочется
Про дальневосточный туман.

Ну что за работа - наводчица,
С "урлою" банальный пасьянс,
Сыграй пианист, если хочется
Мне нервный красивый романс.

R:
Девочка Ляля, глазки стреляли
Ты начинаешь новую жизнь,
Девочка Ляля, будешь ты "кралей",
Девочка Ляля, не торопись!

Про мой город
Про мой город родной, почему - то никто песен не поет,
Может быть, потому я хотел бы восполнить пробел,
В этом месте родился, и мама моя здесь всегда живет,
Этот город на Каме дал крылья мне, чтоб я летел.

Окружен он лесами и тюрьмами, так получилось,
Аномальные зоны вокруг, ничего, проживем,
Дай вам бог, земляки, чтоб у каждого все получилось,
Знаю точно, когда - нибудь вместе мы с вами споем.

R:
Здравствуй мой город, здравствуй родной!
Я уж не мальчик, я уж седой.
Пермь, дорогая, Родина - Мать,
Здесь в детских снах я учился летать!

Наши люди живут по своим очевидным понятиям,
Здесь мужчины - мужчины! А женщины - женщины здесь!
И конечно "лоху" не дадут никакие гарантии,
Будут тех уважать, у кого в голове что - то есть.

Частный ресторанчик.
Скажите мне, мы с вами будто бы знакомы,
На прошлой пятнице вы ехали в такси,
Меня не взяли вы попутчиком у дома,
На Карла Маркса, где я вас притормозил,

Я не в претензии, наверно вы спешили,
Сейчас скажите, чем могу вас угостить,
Тогда в такси вы слишком быстро укатили,
Могу ли я сегодня вас притормозить,

Вы так зажмурились, как кошка на охоте,
Хочу вас дерзко я на танец пригласить,
Вы здесь случайно или вы здесь на работе?
Могу я вас об этом прямо так спросить!

R:
Наш частный ресторанчик поет на все лады,
Обманщице обманщик нальет живой воды,
Банкиры, музыканты, девчонки, фраера,
Страны родной таланты гуляют до утра.

Лагеря
Лагеря, Лагеря….
От Находки до Мурманска,
Дорогая страна, ты как раненый зверь,
Вовка тихо упал, с красной точкою у виска,
Полетела душа, прошептал он - Не верь!

Лагеря, Лагеря…
Уходили мы топями,
Только клюква одна на губах словно кровь,
Снег хлестал по лицу злыми белыми хлопьями,
Но менты за спиной и вставали мы вновь.

Лагеря, Лагеря…..
Нас в поселке машина ждет,
Вовка не умирай, друга я попросил,
Просто так попросил, он минуту уж не живет,
Молодой снайперок в снег его положил,
Лагеря, Лагеря…

Первый раз я завыл тогда,
И ломая об наст, пальцы в кровь я пополз,
А товарищ лежит, он остался здесь навсегда,
Он чуть - чуть до огней вон до тех не дошел.

R:
Мама мама, не ругайтесь мама,
Помню детство, нашу речку Каму,
Жизнь проходит, а я все упрямый,
Мама, мама, Вы не плачьте мама.

На улице Пушкарской
На улице Пушкарской я жил давным - давно,
Район наш был не из "благополучных",
Сейчас все вспоминаю как любимое кино,
Взрослели мы активно и не скучно,
"Поджиги" и наганы, серьезные дела,
И с белым фильтром "Новость" - Угощаю,
Вчера опять повестку маманя принесла,
-Тебя же на учет поставят! - Знаю!

Из пятого подьезда Маринка подросла,
Ей джинсы настоящие купили,
Наташка из 8го "Б" в подоле принесла,
ЧП на весь район, не уследили!
А Кузя напечатал повестку в КГБ
В почтовый ящик бросил историчке,
Туда она помчалась с простудой на губе,
Вся школа хохотала неприлично.

-Я снова четвертной в "Буру" вчера проиграл,
-Так ты же знаешь, что там шулера,
-Да я уже все деньги почти что отыграл,
-Но почему - то не пошла игра.
-В четверг на дискотеке гасили мы лохов,
-Да ладно врать!
-Я зубом отвечаю!
-Сначала "фраерятся", потом зовут "ментов!"
А "Смоки" все играют и играют!

-Серега покажи им, как будет Соль-мажор,
-Поставь большую звездочку на третьем,
По физике очкарик пришел студент стажер,
Давай его закроем в туалете!
Три "завтрака туриста" и "Волжское" вино,
Девчонки и мальчишки на природе,
И Нина Анатольевна "в сачке" давным - давно,
Веселая и пьяненькая вроде.

R:
По малолетке, по малолетке
Так любил зеленоглазую Светку,
И грустил по Маринке соседке,
По малолетке, по малолетке!

Твой папа был…
Твой папа был "цеховиком" в Норильске,
А мой в Одессе "родским" был вором,
Мы познакомились с тобой по переписке,
Нашли друг друга, но не счастливы вдвоем.

Этап наш встал на станции таежной,
Напротив нашего стоял другой состав.
И мусора совсем неосторожно,
На солнце щурились, забыли про устав.

Прилипли мы к малюсеньким окошкам,
И кто - то крикнул: - Девочек везут!
И я увидел вашу нежную ладошку,
И все услышали, как девочки поют.

Вы ручкой маленькой мне бросили "Малявку",
В ней ваше имя и номер ИТК,
И так случилось, что на любовь заявку
Через решетку в сердце бросила рука.

Потом разъехались мы по командировкам,
В неволю письма из неволи отсылал,
Вы мне писали, как пытают на Петровке,
И я всю жизнь свою вам тоже рассказал.

Наверно часто вы так плакали ночами,
Когда узнали, что хотел в побег уйти,
Но так мечтал я повстречаться с вами,
Ваш срок кончался, ну а мой на пол пути.

Эх, ты моя головушка дурная,
Я получил по совокупности статей
За то, что так тебя люблю и так скучаю
3 года "Крытки", 5 уральских лагерей.

На улице Матросова
За окном апрель старается,
Так и хочет нам понравиться,
Где вы "девочки - дюймовочки",
За коктейльчик уплачу.
Вспоминаю, вспоминается, где все это начинается,
В пол - пути, до остановочки я с подножки соскочу.

Моя Родина - провинция,
"Приблатненная" милиция,
Здесь блатуют даже дворники,
Педагоги и врачи,
Ну а кто не "приблатованный", тот, конечно, "замастеванный",
В каждом доме уголовники, в каждом доме "щипачи",

Эй, назад, года соколики,
К тем соседям алкоголикам,
Где жует бродяга старенький за понятья до утра,
Где друзья еще не севшие, пока просто не успевшие,
Если в карты, то по - маленькой, потому что шулера.

Там где девочки - "заочницы",
В "миниюбках", им так хочется,
Биксы эти в парке Горького,
Мы на фиксы ловим их,
И по рубль двенадцать "Волжское", неказистое, неброское,
На рекорд мы пили с Борькою, через 2 браток притих.

R:
А на улице Матросова "барагозим" под Утесова,
И у "ЦУМа" преотличную, нам "Столичную" нальют,
Не меняем направление, создается впечатление,
Отдыхаем мы "по - мнению", что удачен наш маршрут.

А на улице Ленина
Над колючкою дым, снова традиционный орнамент,
И не свистнет в окно, и картошки мы не испечем,
Жили два пацана, с малолетства общались с ворами,
А сейчас я один, шрамы детства на сердце моем.
Время птицей летит, ну а память со временем спорит,
Возвращает туда постоянно в родные дворы,
Там, где жили взаймы, но конечно мечтали о море,
Там, где жизнь через край, там, где "фарт" через край, до поры.

R:
А на улице Ленина все квартиры под Сталина,
А на улице Ленина тишина и покой,
Что дедами намеряно, и отцами оставлено,
Там, на улице Ленина манит мир воровской.

Он то был сиротой, по бродягам никто и не плачет,
А Француз нам сказал,- Мол, не балуй с удачею зря,
Ну а Вовка ему - Мне на сдачу подругу удачу!
И на форточке той осветили нас в 3 фонаря.
Нас с Французом вдвоем били долго - такая работа,
Вовка тихо лежал на зеленой как море траве,
Тот, который стрелял, все бледнел на глазах отчего - то,
Опер этот не знал, что у Вовки перо в рукаве.

С малолетства он рос, как положено дерзкой "босоте",
Для него та весна стала, сука, последней весной,
И в 17 всего догнала его пуля на взлете,
Годы птицы летят, ну а он для меня как живой.

Сеня - Виртуоз
На кураже по жизни жил наш Сеня,
И ничего с ним сделать не могли менты,
Он говорил всегда - ….Понты дороже денег!
Но только если не "корявые понты".
И опера его конечно не любили,
Ну, а, для жуликов всегда он высший класс,
И если вдруг его "кокарды" тормозили,
Он отвечал - дружок живем мы только раз!

R:
"Марочка" в кармане, гаврила на груди,
"Ювелирный" манит огнями впереди,
Как там карта ляжет, не спросив у нас,
В новостях покажут профиль и анфас.

Он был любимец генеральских жен наш Сеня,
С любой отмычкою почти всегда на "ты",
И говорил всегда -…. Понты дороже денег!
Но только если не корявые понты!
Случайно как - то на проспекте Таню встретил
Сначала в ней свою соседку не узнал,
И закружил его любви коварной ветер,
И с Таней вместе он по жизни зашагал.

R:
Марочка в кармане, опер далеко,
"Ювелирный" с Таней взяли мы легко,
Саксофон шуршит нам медленный фокстрот,
Завтра загрустим мы, сейчас наоборот.

И как - то их, совсем случайно, в банке взяли,
Всего наживы то там было миллион,
И всей "братвой" мы им конечно помогали,
Есть среди жуликов порядочный закон.
И чтобы не было ненужных разговоров,
"Терпила" в корне показанья поменял,
А адвокат наш был блатнее прокурора,
На оправданье ситуацию создал.

R:
"марочка" в кармане, "бобочка" при нем,
Ювелирный манит золотым огнем,
Мимо не проходит даже не вопрос,
Снова на свободе Сеня - виртуоз.

Ты далеко
Ты одна все прочитаешь между строчек
И поплачешь тихо, тихо, очень, очень.
Над "запреткой" дождь, снова не уснешь,
Знаю, что меня ты ждешь.

Ты укроешь одеялом дочку нашу,
Вдруг случайно про побег тебе расскажут,
Будешь так ругать, плакать и ругать,
И ночами будешь ждать.

R:
Ты далеко сейчас
Помню, верю и люблю,
Ты далеко сейчас,
Я тебя благодарю.

Кто - то скажет, что ты ждешь меня напрасно,
Ничего, когда вернусь, устроим праздник,
Уведу тебя в яблоневый рай,
В том саду меня встречай.

Спой Витек
Время словно вода, режут даль провода
Над полями и над тополями,
И по тем проводам сообщение нам
От того, кто уж год, как не с нами,
Карта вдруг подвела, где ошибка была,
И не нужно сейчас этих споров,
На себя взял вину и ему одному
Рассказали судьбу прокуроры.

Телеграмма пришла, Адресаты нашла
Позаботьтесь о сыне - Сереже,
Ему годик всего, юбилей у него,
Просто батя приехать не сможет,
Ты, браток, не грусти и за все нас прости,
Будет все твоему пацану.
Это будем не мы, если нам из зимы
Не получится сделать весну.

Время птицей летит, а бродяга сидит,
Сделать выбор не каждый бы смог,
Для одних гражданин, для других господин,
А для нас ты навеки - "браток".

R:
Спой Витек, песню горькую спой
Ты да я, сладкий дым папиросы,
Выпиваем сегодня с тобой,
Собрались по простому вопросу.

Блатные частушки
Мы сидим, пиво пьем, за Россию "жуем",
Будь здорова родная страна,
Мы с Вованом сидим и на девок глядим,
А вокруг девок нет ни хрена.

Вот милиционеры идут, они денег совсем не берут,
Они стали давно все герои кино,
никого не пытают, не бьют.
Мимо нас прошуршал пидорас,
может быть, он совсем не педрила,
Но колечко в ушке и ромашка в руке,
весь красивый, манерный и милый.

Гуманоид Дениска Титов
в космос был полететь не готов,
Просто нам задолжал, миллионы отдал,
"Пацанам" проиграл, будь здоров.

"Террорист" за мангалом стоит,
А мангал то совсем не горит,
Он собаку сварил и кетчупом полил,
очень вкусный "шашлик" говорит.

Этих чурок в Москве миллион,
баб своих притащили вагон.
А шевелят чужих, будто мало своих
Скоро будет детей легион.

Ты, Я, странная история
Над беседкой нашей во дворе
Стая голубей, синих голубей.
Мы сидим в далеком сентябре,
Ты была моей, девочкой моей.
Я в своих клешах, ты в своих мечтах,
Две косички на груди твоей.

R:
Ты, я, старая история моя
Ты, я, странная история моя

Семечка на щечке возле губ,
Дай скорей смахну, ну и обниму.
Почему смеешься ты, что глуп.
Что - то не пойму, скажешь почему,
Я почти студент, вот такой момент,
Повезло зачем - то одному.

Ты почти - что все сдала на "пять",
"Педсовет" решил, шансов всех лишил,
Потому, что Сонечкой назвать
Папа поспешил, папа так решил,
Но ты не грустишь и его простишь,
Ты давно решила воровать.

А на 3м курсе я узнал
Друг твой "уркаган" весь испортил план,
Следователь все меня пытал,
Где тот чемодан, золота стакан.
Срок за сроком ты, детские мечты,
Так тебя и их я потерял.

Жди
Где - то в районе Уральских гор мир бродяг я узнал
Зона на зоне там до сих пор, кто попал, тот пропал.

R:
Жди , если сможешь
Фото в "нагрудном", там в тепле,
Ты мне поможешь
Дальше жить на земле.

Люди как птицы летят на юг
К пальмам и морю так спешат.
Ты же на север поедешь вдруг,
Если "менты" разрешат.

В серых колоннах идут, идут
Строгий режим, 5й отряд,
Домом "жилзону" они зовут
Так много лет подряд.

Там за стеною овчарок вой.
Тундра не спит, ветер поет.
Спой нам "босяцкую" песню спой
Ту, где подруга ждет.

Мужчина с биографией
Она заканчивала школу на "отлично".
И белый, с розовым, на выпускном наряд,
Была в тот дивный вечер самой симпатичной,
И вдруг внимательный почувствовала взгляд,
Случайно втретились, как в космосе кометы.
И эта встреча не сулила ничего,
Ведь онт прошел блатные университеты,
И все в районе говорили про него.

R:
Что он мужчина с биографией,
И что общается он с мафией,
А если сердится, то искренно.
И что ранимая душа.
Что он мужчина с биографией,
Сивала школу на "отлично".

И белый, с розовым, на выпускном наряд,
Была в тот дивный вечер самой симпатичной,
И вдруг внимательный почувствовала взгляд,
Случайно втретились, как в космосе кометы.
И эта встреча не сулила ничего,
Ведь онт прошел блатные университеты,
И все в районе говорили про него.

R:
Что он мужчина с биографией,
И что общается он с мафией,
А если сердится, то искренно.
И что ранимая душа.
Что он мужчина с биографией,
Сивала школу на "отлично".

И белый, с розовым, на выпускном наряд,
Была в тот дивный вечер самой симпатичной,
И вдруг внимательный почувствовала взгляд,
Случайно втретились, как в космосе кометы.
И эта встреча не сулила ничего,
Ведь онт прошел блатные университеты,
И все в районе говорили про него.

R:
Что он мужчина с биографией,
И что общается он с мафией,
А если сердится, то искренно.
И что ранимая душа.
Что он мужчина с биографией,
С слегка помятой фотографией,
Но одевается изысканно,
И любит женщин не спеша.

И закружили вальсы их и закружили,
Он с "выпускного" в жизнь свою ее забрал,
Они так нежно и так трепетно дружили,
Он каждый день к ее ногам весь мир бросал.
Доброжедатели ее предупреждали,
Она не слушала, конечно, никого,
Вдвоем смеялись и частенько вспоминали,
Что все в районе говорили про него.

Пиковый туз в судьбе - обидели подругу,
На место сразу он поставил "подлеца",
Когда тот ствол достал, наверно с - перепугу,
Перо быстрее все равно кусков свинца.
Когда обидели ее так не красиво,
Не выбирал он долго - быть или не быть,
Ушел на небо, весь такой счастливый,
Ну а про сына тоже будут говорить……

Выборы Хлебореза
У нас на зоне в среду умер хлеборез,
Зачем - то он за электричеством полез,
Ведь написали же мол - "не влезай, убьет!".
Вот так печально встретил он свой новый год.

В связи с утратой загрустили все подряд
Ведь он для многих был как будто старший брат,
Решили жулики собрание собрать,
И хлебореза стали срочно выбирать.

"Сходняк" собрали в клубе в красном уголке,
Пришли кто с планом, кто с чайком, кто налегке.
От верхних жуликов пришел Серега-вор,
От мужиков - Иван Иванович, шофер.

Присев на корточки собранье началось,
Серегу в спикеры, ну так уж повелось,
Едва вступительное слово он сказал,
Как кто - то в двери вдруг тихонько постучал,

"Братва" открыла посмотреть, кто постучал,
Там "Пани-Моника", "пидовый генерал",
Так удивился, что ему никто не рад,
И сообщил, что от меньшинств он делегат,

Мол, демократия - начало всех начал,
В живот не бейте - он просил и умолял,
Про Хакамаду все примеры приводил,
Как Новодворскую оставить убедил.

Ему доверили собранья протокол,
Тут начался про между фракциев раскол,
Серега - вор: Мол, в хлеборезы, мол, "братка",
Иван Иванович - нет нужно мужика!

Тут "Пани-Моника" захрюкал как свинья,
Там место женское, ведь мы одна семья!
От нас естественно кандидатура есть!
Васятка - маленький, заслуг не перечесть!

Такой старательный, что любят все вокруг,
И, между прочим, "Кума" - самый лучший друг!
И что мол - руки золотые у него,
И рот красивый, взади тоже ничего!

Тут возмущенье полилося через край.
Консенсус лопнул, сколько чай не подливай,
И "Пани - Монику" все стали оскорблять,
И стали бить его, а он давай орать.

Орал "педрила", что напишет он в ООН,
И что с Чубайсом учился в классе он,
Тут нашу дверь вдруг кто - то взял на абордаж,
"Спецназ" вломился, был испорчен форум наш.

"Менты" смекнули, чем грозит им наш "сходняк",
Им с демократией совсем неудобняк,
И ну, как начали они нас колотить,
По демократии дубиночками бить.

Ну а мораль же этой песни такова,
Не надо путаться в понятиях "братва",
Когда решается серьезное у нас,
Не может быть про - между нами педераст.

Блатная музыка
Вы, уважаемый присядьте поскорее,
Да чтобы не было у нас свободных мест,
А я хочу Вам спеть сегодня, как сумею
Про жизнь блатную, про кураж, и про арест.

Споем мы вместе про Уральские морозы,
Про Коми округ и про Пермскую тюрьму,
Конечно, вспомним про девченочкины слезы,
Что доверяла сердце только одному,

Споем про маму, хоть не маменькины были,
Для нас всегда она же сыночкина мать,
И эти руки, что нас гладить так любили,
Когда вернемся-будем крепко целовать,
И добрым словом вспомним тех, кого нет с нами,
Кому, увы! Не так как нам с тобой везет,
Когда приедем-рассчитаемся с долгами,
И прокурора вспомним, но наоборот.

R:

И пойдет у нас с тобой блатная музыка, музыка, музыка,
Если спросишь, то найдешь всегда ты у ЗэКА, у ЗЭКА ответ.
На плечах слегка потерта телогреечка, жизнь моя - копеечка,
Может быть, случайно вспомнит где - то девочка, а может быть, и нет!

Провода
Провода, провода, провода и дороги - дороги,
Пересылки, конвой и на "шконке" никак не уснуть.
В алюминиевой кружке вода и затекшие ноги,
Нет, на корточках мне не уснуть, ну хотя бы чуть - чуть.

R:
Свободу нагадала цыганка,
Неволю рассказал мне судья.
А в письмах с дальнего полустанка,
Лишь слезы и не могу без тебя.

Впереди, впереди, впереди нам конечно не рады,
Позади пять "хозяйских", но видимо мало судьбе.
Серым строем пойдут под дождем снова эти отряды,
И останется лишь вспоминать, вспоминать о тебе.

Почему, почему, почему все опять так случилось,
"Карта в масть не легла", слышь, браток, может, дашь мне огня,
Начиналось все правильно так, но опять не сложилось,
Кто - то там наверху проверяет на прочность меня.

У тети Вали
У тети Вали мы выпивали,
сегодня праздник у нас большой,
Мы рассуждали, мы выбирали,
мы выдвигали со всей душой.

Конечно, вроде сначала в моде
был Николаич, но тут выступил Толян.
Сказал конкретно, интеллигентно,
он - участковый, ну а у них наган.

R:
Все знают Вову - он самый клевый,
На нашей улице ты лучше не найдешь,
Согласен Генка, согласна Ленка,
И наша славная блатная молодежь.

А тетя Света, что из буфета,
из "привокзального", ну он у нас один,
Кричит: - подружки, налейте в кружку,
я обожаю просто вот таких мужчин.

Вахтер Сережа, - себе дороже
И, мол, конечно, надо все "обмозговать",
Пацан хороший, не курит тоже,
и из военных - значит можно доверять.

Вдруг дядя Вася как отколбасит,
- а если что, "импичиментом" по нему,
Все возбудились и возмутились,
никто не помнил, что, зачем и почему.

Нахмурит Вова свой взгляд сурово,
он знает точно, что посеешь - то пожнешь.
Петрович Коля согласен с Толей,
и наша славная блатная молодежь.

Мы не забыли то, кем мы были,
и знаем Вова, ты порядок наведешь,
Согласен Генка, согласна Ленка,
и наша славная блатная молодежь.

По периметру дым
Тайга молчит, снег на ветвях
Идут пятерочки.
"Братва" сегодня в "прохорях",
А завтра в "корочках".
На белом фоне пасть собаки, словно рана,
А рядом с нею "мусорок" с Узбекистана.

R:
По периметру дым
Был родным, стал чужим,
Надоело в натуре мне тут,
И когда растает снег,
Может с Вовкой по весне
И они нас потом не найдут.

Опять "свиданку" запретили эти гады
Хозяин пьет, бродяга ждет понять бы надо.
Ну а чего там понимать врагу закона,
Встречаем "шмоном" нас опять старуха Зона.

Тайга молчит, она как мать, все понимает.
Она весною плачет, летом обнимает,
И эти тропочки ведут бродяг в "жилую",
А Вовка снова на побег меня "фолует".

Тайга молчит, снег на ветвях
Идут пятерочки.
Мы завтра будем в куражах,
Все будет "в елочку".

Телогреечка
Ты парнишка за понятья мне не "жуй",
Я такой же был, не в меру "приблатненный",
Ты у Кума "поблатуй",
В "пересылках" потусуй,
И остудят годы разум возмущенный.

Ты парнишка "за понятья не пыжи",
Осторожней с тем, что вы там тоже были,
Говорили про ножи, про блатные куражи,
Оказались у "параши" - загрустили.

R:
Телогреечка, ты как девочка,
Согреваешь нас и в стужу и в мороз,
Ты не смокинг и не фрак, телогреечка,
Но уважают воры даже не вопрос,
Но каждый жулик знает , даже не вопрос.

Ну а истина в вине. Она видна,
Катят мимо пусть невзгоды и ненастья,
Чтоб не дергала жена, не "болела" чтоб страна,
Вот такое твое "фраерское" счастье.

Паренек ты щеки здесь не раздувай,
Аккуратнее, чтоб зубы не болели,
Хоть здоровья через край, все равно не захворай,
Мы еще с тобой по "триста" не успели.

Снова
Здесь нет твоих цветов,
И я послать готов
Лишь севера запах в конверте.
И Полярную звезду
Для тебя я украду,
А вы мусора проверьте.

R:
Снова мир окружен стеною
Ветер-бродяга воет
Музыку февраля.
Слово ты мне дала весною,
Что будем мы с тобою,
Что будешь ждать меня.

Я напишу ответ
Нет, не забуду, нет,
Что ты одна мне веришь.
Ты мне письмо пришлешь
Будто сама придешь.
Нежности не измеришь.

Но мы на пол пути.
И нам еще идти
Вместе с тобой, подруга,
И нет для нас преград,
И нас не разлучат
Ни прокурор, ни вьюга.

Березонька
Березонька, березка стоит роняя слезки,
И падают те слезки совсем для нас не в такт,
Березки у дорожки и не слыхать гармошки,
А имя той дорожки - Большой Сибирский Тракт.

А мы идем сутулясь, но все же ей любуясь,
Красавица родная взгрустнула по весне,
И что ж тебе не спится, березонька-сестрица,
Как будто бы ты плачешь, ну прямо в сердце мне.

А мы бредем с конвоем и пес бродячий воет,
И кроме тоу березки нет счастья для бродяг,
И капельки как слезки все падают с березки,
Кому то ты сестричка, кому то просто так.

Весна как будто в детстве зовет домой согреться,
У мамы отогреться, душою отдохнуть.
Но мы дорогой дальней, сибирскою печальной,
Помечены законом свой продолжаем путь.

R:
На "пятерки" поделены,
На отряды разделены,
Под конвоем усиленным,
Среди ночи и дня.
Дочка знает как летчика,
А "братва" как налетчика,
А жена как любимого,
Ждет наверно меня.

Китаечка
Я, пацаны, решил вам песню написать,
Моей душе уже давно так было нужно,
Ну просто должен же хоть кто то рассказать,
Про нашу юность не обидно и не скучно.
Как воровали мы "китаечку" в садах,
И эти яблочки нас всех обьединили,
На Мотовилихинских купались мы прудах,
Вокруг да около тюрьмы тогда кружили.

Как Ромка с Зайцем зависали на "югах",
Ну и по юности конечно воровали,
Один отметился не раз на самых дальних лагерях,
Другой по бизнесу узнаете едва ли.
В "сто тридцать третьей" дискотеки на Ура,
А в "сто четырнадцатой" девочки главнее,
"Де - берц" не знали мы тогда, но началась уже "бура",
И масть катила в масть тому, кто был умнее.

А помнишь, Вова, золотой "Москва-Пекин",
Там сигаретки были - тема для наживы,
Еще ведь не было витрин, у нас один был магазин,
Тот поезд скорый - и богатый и красивый.

А дальше - больше, джинсы, жвачка, Боже мой!
И двор на двор, и во Дворце культуры танцы,
И участковые пугали нас тюрьмой,
В стране родной росли мы словно иностранцы.
Туда уже нам не отправить телеграмм,
Не пригласить в кино девчоночки соседской,
Вас вспоминаю и желаю счастья вам,
Всем пацанам моей родной страны советской!

R:
Ах эти яблочки "Китаечка"
Запретный плод и искушение,
Вам за испуг, конечно, "саечка",
Ну, а за смелость - уважение,
"Эпоха Болека и Лелека",
Все было просто в голове,
Кто в люди шел, кто в алкоголики,
Жил Леонид Ильич в Москве.

Бродяги, бродяги
Москва, она конечно, красивая столица,
Но есть в России много городов,
Но тот, кто настоящий, тем городом гордится,
В котором детстве бегал без штанов.

В Чите и в Соликамске, и в городе Артеме,
Придет черед споем мы, проведаем бродяг,
Везде ведь наши люди, от нас же не убудет,
Такие песни пишем совсем не просто так,

А в городе Ростове встречают нас как надо,
Блатную песню тоже любят здесь,
Есть в Краснодарском Крае серьезные бригады,
Серьезные мужчины в стране любимой есть.

Все в "елочку" в Перми и в Магадане,
И в Сочи тоже, верю, знают нас.
И в Питере, конечно, и в солнечном Кургане,
Везде искусство любят и в профиль и анфас.

R:
Бродяги, бродяги, бродяги,
Бывают для всех чудеса,
Кораблик бумажный поднимет все флаги,
И ветер взорвет паруса.

Раз два три.
Нас познакомил на юге фокстрот,
В жизни случился лихой поворот,
И я на севере слушаю вальс,
И вспоминаю о нас.

Вечер лавандой и морем пропах,
Вы, танцплощадка, фиалки в руках,
Девушка милая можно узнать,
Могу ли вас завоевать.

Смех колокольчиком был мне в ответ,
Вы не сказали ни да, и ни нет,
Но танцевали весь вечер со мной,
Стать согласились женой.
Родинка, ямочки, глаз океан,
Что за подарок небом мне дан,
Я грациозной такой не встречал,
Как долго тебя искал.

Время как пуля летит прямо в цель,
В нашей судьбе закружила метель,
Я виноват, и ты не со мной,
Мой человек родной.

R:
Раз два три, раз два три, раз два три,
Ты на ту звездочку посмотри,
И я на ту звездочку посмотрю,
Как будто с тобой говорю,
Раз два три, раз два три, раз два три,
Птицы из прошлого - "снегири",
К нам прилетели, чтоб рассказать,
Как научиться летать.

О магаданском санпропускнике
А в тамбуре всегда, всегда чуть - чуть, кого - то не хватает,
А я стою один, стою и сигареточку курю,
А за окном столбы и годы мои годики мелькают,
Я вспоминаю тех, обычно с кем, без слов я говорю.

В купе товарищ мой и две проникновенные подружки,
Попутный ужин наш, вино, коньяк и беззаботный смех.
На полке, на второй гитара, как супруга на подушке,
Ее я обниму, и буду петь я "песни не для всех".

Спою про лагеря, спою про хулиганов и бандитов,
Как в детстве мы росли, какой была любимая страна,
И только разойдусь, заглянет "проводничка" к нам сердито,
Мы пригласим ее, и ей нальем немножечко вина,

А поезд все стучит, в купе уже сложилась атмосфера,
Мы стали так близки, все родственники на ночь стали здесь,
Грустит товарищ мой, и девочки забыли про манеры,
И искренность в глазах, и у кого - то слезы даже есть.

R:
А я пою про сопки под луной,
О магаданском санпропускнике,
Чуть - чуть налью, вы выпьете со мной,
Помянем их, ушедших налегке.

Папа приехал, папа вернулся
Детскую память не стерли года,
Ты просыпайся, сынок, я проснулся,
Мама мне тихо сказала тогда,-
- Папа приехал, папа вернулся.
Помню щетину его на щеке,
Было так колко и незнакомо,
"Север" - наколка на правой руке,
Понял, что батя мой дома.

Просветлел он глазами, обнял.
- как ты вырос, сынок!
Ты прости, что ты рос без меня,
Я приехать не мог….

Ровно неделю мы были втроем,
Папа шутил все, а мама смеялась,
Снова беда посетила наш дом,
То, чего мама боялась.
Понял потом я с прошествием лет,
Что у "Ментов" тоже план, как у прочих,
И что не батин был тот пистолет,
Просто злил он "Ментов" очень.

Помню, снова колюче обнял,
- как ты вырос, сынок!
Ты прости, что опять без меня!
Я вернусь, дайте срок.

Сроки тогда сорока сороков,
Он не вернулся к нам утром лучистым,
В школе всегда я был драться готов,
Если дразнили - "Сын рецидивиста!"
И я по жизни советуюсь с ним,
Знаю, что батя дает мне силы,
Помню - как будто мы с ним говорим,
Ну и как мама меня будила.

Помню, как он колюче обнял….
-Как ты вырос, сынок!
Ты прости, что живешь без меня,
Я вернутся не смог!..........

Не стреляйте
Мальчик хочет девочку из окна, напротив,
Мальчик хочет девочку в губки целовать,
Девочка "отличница" вобщем - то не против,
Часто улыбается, любит танцевать

Обещала девочка за цветы весенние,
Обещала девочка с ним сходить в кино.
Дело не в букетике, там стихотворение,
Передал ей юноша, про любовь оно.

Мальчику, как водится, "карта крести" выпала,
Разною бывала масть в наши времена,
И пургой колючею дружбу их засыпало.
Девочка отличница каждый день одна.

Срок за сроком мальчику, девочка все плакала,
Жизнь бежит, да мимо нас паровоз гудит.
И слезинки на письмо капельками капают.
В край далекий северный боль ее летит.

R:
Не стреляйте, не стреляйте, не стреляйте в белых лебедей.

Брючки отутюжил
С Казанского вокзала я прямо к вам приехал,
Меня привез в столицу наш "Соликамск - Москва",
Но ты мне отказала, мне стало не до смеха,
Зачем тогда писала красивые слова,

Мол, приезжай "голубчик", мол, приезжай любимый,
В романе нашем будет прекрасный поворот,
Страницу новой жизни открыть необходимо,
Я жду тебя родной мой уже четвертый год.
Вот так по переписке, я в "зоне", ты в столице,
Случайно, неслучайно, четвертый год уже,
Нашли с тобой друг друга, сошлись, как говорится,
По мнению, по жизни, и, в общем - по душе.

По "сто сорок четвертой", ну так уж получилось,
Как будто бы за стажем, уже в четвертый раз.
И у тебя четыре замужества случилось.
Такой вот был наш "роман", такой роман у нас.

Волнительные письма друг другу мы писали,
Ты мне о том, как стала в четвертый раз вдовой,
А я ж тебе ответил, "менты" о чем мечтали,
Что воровать не буду, что буду я с тобой.

Шумишь из - за двери ты, забыла про манеры,
Но как за хлебом выйдешь, тут я не удержусь,
Проверю я квартирку, проверю шифоньеры,
Ну и от обещаний пока, что воздержусь,

R:
брючки отутюжил, в новой телогрейке,
Думал, будет ужин, и в клетке канарейка
(слышь, браток налей - ка, жизнь моя копейка)
Сапоги "наваксил", - Здрасьте, добрый вечер,
Вы мне тоже - здрасьте! И до новой встречи.

Пуля острая
Пуля острая задела молодого паренька
Кто хотел его убить, ну тот промазал,
Шрам как метка у воров, пострадал от "мусоров",
Вот сюжет для песни или для рассказа.

Уходили поздно ночью прямо через "КСП",
Часовой на вышке был серьезно пьяный,
Ну и дрогнула рука молодого "мусорка",
Щеку слева обожгло, оставив рану.

Все так складывалось "ровно", и никто не ожидал,
До "железки" бы добраться до рассвета,
Получилось пострадать, легче будет им искать,
Просто есть теперь особая примета.

По примете и найдут его случайно через год,
А тогда они все шли по листопаду,
Повезло им, повезло и собакам всем назло,
Получала юность волю как награду,

R:
ветер бьет в лицо, небо хмуриться,
Поздней осенью, небо с проседью,
И идут вперед и сутулятся,
Пацаны, да по тайге, поздней осенью.

А где - то в море
Закружилась голова, не с вина, а от свободы закружилась,
И забытые слова прямо в душу мне - я начал вспоминать.
Почему то жизнь моя по - особенному, как - то получилась,
Далеко мои друзья, но до воли мне сейчас рукой подать.

В портсигаре лишь одна, разломаю в кулаке и разволнуюсь,
Дал бы кто - то закурить, чтобы воздух не совсем опьянил,
Заплатил - ли я сполна, я у неба вдруг да поинтересуюсь,
Мне ответят облака,- Ну конечно ты за все заплатил.

За спиной железный звук, это двери там за мной закрывают,
Впереди шумит весна, я туда еще конечно пойду,
А пока лишь сердца стук, я пока еще не все понимаю,
Опьянел без вина, так бывает, имейте в виду.

R:
а где то в море зажигает огонечки пароход,
Там "фраера" красиво очень отдыхают,
И без меня тот "борт" "зашел" в какой то порт,
Мы скоро будем там, пускай меня встречают.
Мы скоро будем там - они еще не знают.

А коктейли я не пью - в них синтетика,
Лучше Танька мне нарежь винегретика,
Лучше Танечка налей полстаканчика,
Да то, что русские любят мальчики.

Милая моя, одинокая
Как и все в нашей жизни случайно,
Я в глазах у тебя утонул,
И попал я в какую - то тайну,
Сразу только туда заглянул.
Милая моя и далекая, милая моя, одинокая……

Мы расстались до срока, конечно,
И виновен я перед тобой,
Но живет в моем сердце надежда,
Верю - будешь ты снова со мной.
Милая моя и далекая, милая моя, одинокая……

И взломает железные двери,
Долгожданная наша весна,
Ты мне снова, я знаю, поверишь,
Ты такая на свете одна!
Милая моя и далекая, милая моя, одинокая……

Без тебя…….
На небе большом звезды,
Мы поняли все поздно,
Ночные кричат птицы,
И снова ты мне снишься.

Осталось вдали, где - то,
Счастливое то лето,
Но в сердце моем - память,
Что произошло с нами.

Без тебя я, без меня ты, прости родная……

Наступило лето
Столик у песочницы, спят аллеи парка,
Девочкам - заочницам в "миниюбках" жарко,
Наступило лето, отступили вьюги,
И спешат куда - то милые подруги.

Пуделек лохматый, рядом с ним хозяйка,
Дяденька усатый, Ну - ка, не зевай - ка!
Наступило лето, отступили вьюги,
Танцплощадка, танцы буги-вуги.

Вечер как подарок, фонари зажгутся,
И над шуткой старой женщины смеются.
Наступило лето, отступили вьюги,
И находят люди, как всегда, друг друга.

Взлетаем
Ты снова со мной, и шепчешь -……ты мой!
А я отвечаю -………….не возражаю…..
И мы словно звезды в час ночной
Космический танец начинаем.

Тепло твоих рук и губы твои,
Что произойдет, пока не знаем,
Не надо, молчи, прошу, не рви,…..
Ту тонкую нить, что мы сплетаем.

Медленно, медленно, медленно снова взлетаем
Вздрогнут ресницы упрямым смешным мотыльком.
И почему ты заплакала, даже не знаем,
Слезы твои у меня на щеке ручейком

Голландец
Я встану до рассвета,
Холодный душ и чай,
Свой профиль в зеркалах чужим портретом,
Увижу невзначай.
Опять иллюзий ливень
Омоет душу мне,
И стану снова я чуть, чуть счастливей, наверное.

Вот опять он плывет,
Вовсе это не сон,
Мой печальный голландец легки паруса,
Не найдет он пути своего до сих пор,
Кто на нем капитан, ах как больно глаза,
Кто на нем капитан,
-Наверно я…….

Я встану до рассвета,
Ты рядом здесь, со мной,
И вдруг подумаю - наступит лето,
Мы уплывем с тобой.

Ны ны ны
Я спою тебе - Ны ны ны
Песню про любовь,
Ты же помнишь как -
Хорошо вдвоем,
Я хочу тебя
Нежно целовать,
Улетим вдвоем
Прямо на луну.

Я люблю с тобой
Ночью танцевать,
Нам так хорошо
Хорошо вдвоем.

Вместе мы с тобой,
Сигаретный дым,
Губы и глаза,
Ты моя звезда.

Ранняя заря
Не разбудит нас.
Потому что мы,
Не ложились спать.

Я хочу тебя,
Не хочу подруг,
Я твой акробат,
Ты моя звезда.